') Сказаніе говоритъ, что послѣ питья у Скопина „очи ярко возмутилися, а лице его страшно кровью знаменуется, и начатъ утроба его лютѣ терзатися"; и далѣе: „онъ же на ложѣ своемъ въ тоскахъ мечущись и бьющеся и стонущу, крича зѣло лютѣ, аки звѣрь подъ землею" (Изборн. 383). Въ другомъ, современномъ разсказѣ, замѣчено: „и въ томъ часѣ на¬ чатъ сердце его терзати" (Прибавл. къ пеков. лѣт. стр. 59).
По словамъ послѣдняго извѣстія Скопина принесли домой съ пира „свои"; но изъ Сказанія видно, что мать его не присутствовала на пирѣ. Это по¬ нятно, если принять во вниманіе ея предостереженіе, чтобы онъ пе ходилъ въ Москву. Безъ сомнѣнія она была въ разладѣ съ Шуйскими.
’) „Подозрительные припадки пріобрѣтаютъ болѣе доказательную силу, когда они являются вскорѣ послѣ употребленія пищи" (Берберъ, 7).
КНЯЗЬ МИНЕТЪ ВАСЕІЬЬВИЧЪ 0К0ПИНѴШ7ЙСКІЙ.
Но если смерть Скопина могла возбуждать подозрѣнія у совре¬ менниковъ и наводить на мысль о наснльственности, то естественно рождался вопросъ, кто могъ нуждаться въ этой смерти и какія цѣли преслѣдовали его враги.
Мы уже видѣли, что и тѣ показанія, которыя мѣстомъ пира назы¬ ваютъ домъ князя Воротынскаго, и тѣ, которыя совершившійся фактъ относятъ непосредственно въ Шуйскимъ, обвиваютъ въ этомъ дѣлѣ послѣднихъ. Позднѣйшіе изслѣдователи, относясь скептически въ этимъ показаніямъ, имѣли въ виду собственно защиту ц. Шуйскаго. Но этимъ не исчерпывается весь вопросъ.
Дѣйствительно, царь Василій могъ завидовать племяннику, н, по своей подозрительности, долженъ былъ опасаться его вліянія на на¬ родъ. Но прянаго интереса въ подобномъ насиліи у него не могло быть. Чтобы посадить на престолъ Скопина, необходимо было ниэвести царя Василія, а на это едва ли рѣшился бы самъ Скопинъ, хотя бы только въ виду печальныхъ обстоятельствъ того времени. Соглашеніе въ такомъ дѣлѣ могло быть развѣ обоюдное и добровольное, а по извѣстію, въ которомъ сообщается, что царь Василій уже рѣшался уступить пре¬ столъ другому, видно, что онъ ставилъ при этомъ непремѣннымъ условіемъ, чтобы Скопинъ очистилъ сначала Россію отъ поляковъ (Дневн. Сигизм. 584). Царю Василію былъ прямой разсчетъ держаться Скопина, име¬ немъ котораго держалось все. Поэтому онъ старался скрывать свою зависть и открыто честилъ побѣдителя. Говорятъ, что онъ даже хотѣлъ