*) Русскій лѣгоп. говоритъ: „И отъ печали великія Борисъ оинвся умре" (Псков. 1-я, 321). Другой лѣтоп. сообщаетъ подробнѣе: „Царь же Борисъ, слышавъ великую бѣду сію (приближеніе Самозванца) зѣло ужасеся и бысть прискорбенъ.... и смертоноснымъ зеліемъ упоивъ себя и бысть мертвъ" (Хроногр. 3-й ред. у Попова, 228; ср. іЬ. 415).
Авторъ Иного Сказ. говоритъ: „И тако вскорѣ отъ лютаго напоенія скончась горькою и нужною смертію, яко и образу его измѣнити отъ изломанія, и всему тѣлу во уголь почернѣвшу и виду его, ино и сказати невозможно каковъ бысть отъ лютости зелейной" (Времѳн. Моск. общ. ист. XVI, 22 — 23).
„Доктора, бывшіе иа верху, тотчасъ же узнали, что онъ умеръ отъ лду“, говоритъ Масса, находившійся въ то время въ Москвѣ (136). Обстоя¬ тельства, сопровождавшія смерть Бориса, были слѣдующія: послѣ сыгпаго не дѣлать зла царскому семейству, причемъ перечисляются самые раз¬ нообразные виды зла. Между ними многіе относятси къ тому роду по¬ сягательства на жизнь, который назывался тогда „порчею", но здѣсь же упоминаются и такія средства, которыя ясно указываютъ на боязнь отравленія (Акты Экспед., II, № 10). Отсюда безъ сомнѣнія происхо¬ дила благосклонность со стороны Бориса къ докторамъ, обратившая на себя вниманіе современниковъ: при немъ состояло нѣсколько меди¬ ковъ, которые жили такъ же роскошно, какъ бояре, но, безъ разрѣше¬ нія царя, они неимѣш права лечить постороннихъ (Буссовъ, 19—21). Царь Шуйскій, видя опасность со стороны Болотникова, также при¬ бѣгнулъ было къ насилію. Онъ принялъ предложеніе нѣмца Фидлера отравить Болотникова въ Калугѣ. Фидлеръ далъ клятву, что онъ погу¬ битъ его тѣмъ ядомъ, которымъ обѣщалъ, причемъ онъ получилъ отъ царя лошадь и 100 руб., а въ случаѣ успѣха ему обѣщано было дать еще 100 душъ крестьянъ и 300 руб. ежегодной пенсіи. Но, пріѣхавъ въ Калугу, Фидлеръ открылъ все Болотникову и выдалъ ядъ. Въ по¬ слѣдствіи онъ попался въ руки Шуйскому и былъ сосланъ въ Сибирь (Буссовъ, 85—86).