О Отецъ Александры Васильевны, Василій Петровичъ Головинъ, былъ казначеемъ при Дчитріѣ Самозванцѣ и царѣ Шуйскомъ, въ званіи околь¬ ничаго, а въ 1609 г. возведенъ въ санъ боярина (Послужной списокъ въ Древ. Рос. Вивл. XX, 76, 80,.83). Въ памятной запискѣ, веденной неиз¬ вѣстнымъ полякомъ въ Москвѣ, онъ отмѣченъ въ числѣ „пріятелей" Шуй¬ скаго (Памят. XVII вѣка, изд. Мухановыиъ, 263— 64). Умеръ 12 явь. 1612 г., принявъ монашество (Долгоруковъ,.!!!, 106).
КНЯЗЬ МИХАИЛЪ ВАСИЛЫІВИЧЪ СКОПИНЪ-ШУЙСКІЙ.
■ родство съ царемъ были достаточнымъ основаніемъ для того, чтобы доставить Скопину видное мѣсто въ служебной іерархіи. Но въ его пользу было также самое время— смутная эпоха въ Московскомъ госу¬ дарствѣ, а извѣстно, какъ выростаютъ событія, среди общей опасности, въ глазахъ современниковъ, и какъ нерѣдко первая удача, среди длин¬ наго ряда неудачъ, становится фортуною человѣка, если онъ успѣлъ выдвинуться впередъ въ тяжкое время всеобщихъ ожиданій и внезапно слѣдующихъ за ними разочарованій. Такъ было въ настоящемъ случаѣ со Скопинымъ. Между тѣмъ какъ главные воеводы терпѣли неудачи, юный Скопинъ вышелъ съ успѣхомъ въ началѣ, а затѣмъ онъ не терпѣлъ по крайней мѣрѣ такихъ неудачъ, которыя заставляютъ за¬ бывать о прежнихъ успѣхахъ.
Вступивъ на царство, Василій Шуйскій достигъ давно желан¬ ной цѣли, къ которой онъ стремился посредствомъ происковъ и интриги,); но положеніе его еще болѣе, чѣмъ Бориса Годунова, не могло быть прочно *). Новый царь, па первыхъ же норахъ, встрѣтилъ крамолу вокругъ себя и открытыхъ враговъ, выступившихъ подъ знаменемъ новаго Самозванца, въ центрѣ государства. Уже болѣе двадцати горо¬ довъ отпали отъ правительства; на Волгѣ и въ сѣверской Украйнѣ поднялись крестьяне и холопы, нашедшіе поддержку въ инородцахъ. Во главѣ этого движенія сталъ Болотниковъ, бывшій самъ нѣкогда холоиомъ, а потомъ галернымъ невольникомъ въ Турціи. Понятно, какой ужасъ долженъ былъ павести на населеніе такой вождь возстанія: всѣмъ, готовымъ содѣйствовать ему, были обѣщаны воля и богатство. На этотъ призывъ нашлось множество искателей счастья и уже пер¬ вые шаги ихъ на этомъ поприщѣ ознаменовались насиліемъ и разоре¬ ніемъ, жертвою которыхъ сдѣлались ихъ господа и воеводы. Но Болотни¬ ковъ нашелъ еще поддержку въ такихъ рѣшительныхъ вождяхъ
’) Самый престолъ достался ему такъ-же, какъ и Борису: „отъ того же болярива кн. Василья многіе друзя и совѣтницы посланы въ народъ, и заяовѣдано имъ бысть, да изберутъ на царство его кн. Василья. Тѣже люди иаустѣша народи... и на томъ утвердиша слово8 (Хроногр. Кубасова. Изборн. Попова, 294).
О Интересно слѣдующее замѣчаніе лѣтописца: „И сѣде царствовати кн. В. Шуйскій безъ избранія земскаго, того ради многимъ бысть не возлюбленъ" (Поли. собр. рус. лѣт. IV, 321).