По утру рано я занялся визитами, и роздал карточки тосподам чиновникам Посольства, не находя почти никого дома; успл однакожь пригласить к себь объдать Г-на Комидаса, необходимого мне для обозрьюя Константинополя. Он пришел; мы разговорились, и я нашел в нем человека опытного в сопровождеви иностранцев по любопытнымь мЪстам города. От большого навыка, он знал древня наименованя многих зданй, но небыл археолог. Чрезвычайно услужливый, неутомимый, всегда готовый доставить всякое удовольствье, он отличался притным характером. Константинополь нынышы!йЙ зналь он наизусть, и в этом никто с ним сравняться не может. Он говорил чисто по-Турецки. Я замбтил, между прочим, что он ревностный Римсюй Католик, от того, что, не знаю дёд или прадфд его, удостоился быть причислен 412.
Паной в чиело святых мучеников, и Г. Комидас не долюбливаль моих единоврцев, даже не охотно посфщаль их. Я замбтил это потом, в поебщеняхь мойх к Патр!архам и в Греческя церкви, куда он должен был меня провожать. Вирочем, не льзя было имфть боле пр1ятного и услужлавого чичероне. Во все время моего пребывашя в КонстантинополБ, я быль им черезвычайно доволен и остаюсь благодарент! Мы положили на другой день рано начать наши прогулди. Я имбл правилом, во всяком замфчательном город сперва взглянуть на общность его и окрестностей, чтобы потом удобнфе и яснфе узнавать его части; по этому плану, мы рышили прежде веего взойти на Галатскую высокую башню, взглянуть с нее на панораму Константинополя, и потом объБхать город вокруг, для подробного обозр5шя его любопытных для археолога и прелестных для живописца стфи; за т5м войдти, (если можно) в Семибашенный замок», и оттуда уже водой (иначе не льзя) доверить обозртн:е етвн и тфм окончить первую прогулку.