Я тотчас, по сделанному себе правилу, пошел явиться к начальнику города. Здешний Губернатор, г-н Казначеев, принял меня ласково и предложил свое пособие и покровительство во время объезда моего по его губернии. Замечательно, что в России везде начальники губерний вежливо и благосклонно принимают всех путешествующих, и всегда готовы доставлять им все зависящие от них пособия. Пробыв несколько времени у г-на Казначеева, я пошел шататься по городу. Проходя Салгирский мост, мне вздумалось зайти в мельницу: она молола, но в ней ни мельника, ни одного работника не было. Приехавшие с помолом два молодые татарина сидели в углу и прилежно играли в карты! Они не оборотились ко мне, а может быть и не приметили моего входа; я заметил, что оба очень горячились и кричали, продолжая свою игру. Мне показалось любопытно видеть татар в глуши Тавриды, играющих в игру, изобретенную для развлечения сумасшедшего короля французского. Я подошел к ним; перед ними лежали медные и мелкие серебряные деньги, а играли они в три листа, и, нимало не занимаясь мной, продолжали играть. Я оставил их в этом упражнении, размышляя, что мы еще не успели просветить татар, а уже принесли им начало разврата и страсть к сребролюбию. Нет сомнения, что играть научились они у солдат или маркитантов наших.
Я возвратился на квартиру свою, в гостиницу француза Амабля. Служа мне за обедом, француз успел рассказать, что он отличный повар, служил в Петербурге в каком-то знатном доме, и, накопив деньжонок (верно от крупиц с трапезы богатого своего барина), вздумал завести в Крыму ресторацию; но что эти татары истинные варвары, обедать к нему не ходят, ничего не понимают, и даже ни разу не спрашивали свиных ножек с трюфелями; что холодные паштеты aux perdrix rôties часто портятся у него, ожидая покупщика; что русские чиновники и проезжающие разве человека два в день посетят его. «Чувствую, — прибавил он, — что я ошибся в своей спекуляции. Эта непросвещенная страна недостойна такого таланта!» Он намеревался оставить свое ремесло и заняться чем-нибудь другим, «например воспитанием детей». Я бесспорно соглашался с ним подле водяного супа его и жесткого бифштекса, и стал собираться в дорогу.