санъ и Грицько Гуляницкій, бывшій вскорѣ при Хмельницкомъ Судьей, посыланный имъ къ Царю еще въ Октябрь (9) этого года (1649 г.) съ прсдложенісмъ, что теперь-то удобнѣе, чѣмъ когда, отнять у ІІолякомъ Смоленскъ и Бѣлоруссію, „за помочью нашою." Извѣстно, что совмѣстное дѣйствіе возможно было бы подъ условіемъ только соединенія Малороссіи съ Москвою навсегда. Гуляницкій тайну эту вскорѣ, проступившись передъ Гетьманомъ въ возбуясденіи Козаковъ. недовольныхъ Зборовскимъ соглашеніемъ, и осужденный къ казни, но спасшійся бѣгствомъ въ Молдавію, а оттуда въ Польшу, выдалъ Полякамъ. и потомъ всегда держался противной стороны при Гетьманахъ Виговскомъ. Брюховецкомъ и Дорошенку. Родственниковъ или однофамильцевъ Гуляницкаго было въ другихъ сотняхъ нѣсколько человѣкъ, именно: въ Корсунской же сотнѣ сряду еще Гуляницкихъ: три Ивана, Климъ, Данило, Хома и Ваеько. два въ сотнѣ Горкушиной: Квѣтка и Яцько Гуляницкіе, да въ Бѣлоцерковскомъ села Карабчеева Семенъ Гуляницкій. въ Кіевскомъ Сотни Бѣлецкаго Гарасимъ, Макаровской Андрей Гуляницкіе, и въ лѣвобережныхъ: Переяславскомъ полку Воронковской сотни иной Семенъ Гуляницкій.
Другой снодвижникъ неустрашимаго Дорошенка. навсегда связавгаій свое имя съ нимъ въ народной памяти» былъ Козакъ Сагайдачный, замыкавшій въ одиомъ походѣ отрядъ своего Гетьмана:
«А по заду Сагайдачный, Що промѣнявъ женку На тютюнъ да люльку, Необачный (неосмотрительный)!»
Одинъ изъ Сагайдачныхъ записанъ въ „Реестрахъ" Чегиринскаго полка Остаповской сотни Семенъ Сагайдачный, Корсунскаго полка сотни Демка Якимовича, Иванъ Сагайдачный: другой Уманскаго полка сотни Ладыжежской
XXX ПРЕДИСЛОВІЕ.
Жадсянъ Сагайдачный, Враславскаго сотви Райгородской Ваоько Сагайдачный, Кальницкаго сотни Немировской Иванъ Сагайдачный, да въ еотняхъ на лѣвой сторонѣ Днѣпра нѣсколько Сагайдачныхъ: Миргородскаго полка Камышанской сотни, ІІотлавскаго Богацкой и Черниговскаго Черниговской. Который изъ нихъ былъ именно забубеннымъ еподвижникомъ неугомоннаго предводителя храбрыхъ Козакову шедшаго всегда въ челѣ ихъ:
«Попер еду Дорошенко: Веде свое войско, Веде Запорозке Хорошенько,»
трудно навѣрное сказать, но позволительно, кажется, догадываться, что то былъ именно одинъ изъ сихъ „рееетрови-
КОБЪ."